Майор ВСУ Максим Галактионов, участвовавший в битве за донецкий аэропорт в 2014 году, и еще трое военных оказались в СИЗО из-за смерти диверсанта. Об этом он рассказал письменно LB.ua.
Галактионов, позывной Грифон, в составе 79-й аэромобильной бригады защищал донецкий аэропорт в 2014 году, был одним из командующих "киборгами", поднимал сине-желтый флаг над аэропортом. Сейчас Галактионов– командир 2-й сводной роты 2-го сводного батальона, был прикомандирован в 28-ю механизированную бригаду и помогал военной контрразведке (ВКР).

Как рассказывает военный, 22 апреля бойцы ТрО задержали диверсанта на трассе Одесса– Николаев. Он был в форме и ехал на велосипеде, к которому были прикручены удочки для рыбалки. Он вызвал подозрение у бойцов ТрО, потому что на вопрос, куда едет, он назвал советское название села, которое уже давно не используется. Под курткой у него были разгрузка, нож, газовый баллончик и набор для выживания, а также телефон без сим-карты, на котором была переписка с кураторами из России.

"Бойцы ТрО передали задержанного полиции. Полиция передала его нам после беседы полковника ВКР СБУ с начальником полиции Березанки. Диверсант сообщил, что ранее служил в России– в 33-м отряде спецназначения– и участвовал в штурме Грозного и Гудермеса. Был гражданином Украины, женат на гражданке России. После войны в Украине он контактировал с бывшими коллегами по службе. У него был куратор из Ростова и помогал наводить ракеты на Николаев",–рассказывает Галактионов.

Задержанный также сообщил, что ехал в село Луговое Одесской области, чтобы на Пасху встретить четырех человек и вместе подготовить высадку десанта с моря. У него уже было подготовлено оружие. Также у диверсанта был при себе лист с номерами его друзей– российских военных.

Галактионов рассказывает, что получил приказ доставить задержанного на позиции в Коблево. При этом после того, как полиция передала диверсанта, военный обнаружил, что лист с телефонами исчез. Как позже выяснилось, он оказался у начальника полиции Березанки.

"Я вернулся, забрал лист, сделал копию и отправил полковнику ВКР. Потом мы доставили диверсанта на позиции. Когда мы поднимались на второй этаж, он начал биться о стены и кричать "Убейте меня, мне не простят" и "Спецназ России не сдается", а потом упал и покатился по ступенькам. Я не мог его удержать, у меня после ранения отсутствует палец, рука сшита из частей",– вспоминает военный.

Украинские военные успокоили диверсанта, принесли воды и еды. Затем Галактионов сообщил полковнику ВКР, что диверсант доставлен и чтобы они его забрали, так как его некому охранять. Однако полковник ответил, что сейчас праздники (это было перед Пасхой) и забирать его некому.

По словам Галактионова, задержанный был в основном сам. На следующее утро, 24 апреля, приехал полковник ВКР, покормил диверсанта и пообщался с ним. Затем зашел к Галактионову и сообщил, что тот согласился на сотрудничество. После чего понес ему чай, а через пять минут вернулся и сказал, что диверсанту плохо.

Военный рассказывает, что побежал оказывать первую помощь задержанному, приказал вызвать "скорую". Врачи "скорой" констатировали смерть задержанного. После чего приехала полиция и начала проводить обыски, а также приказала команде Галактионова сдать оружие. Его самого и троих подчиненных задержали.

Их обвиняют в похищении и причинении тяжких телесных повреждений, ставших причиной смерти, совершенных группой лиц.

"Мы не знаем, почему похищение, потому что полиция сама отдала нам задержанного по согласованию с СБУ. Допрос его проводили не мы, а полковник ВКР",– говорит Галактионов.

С 24-го по 26 апреля военных держали в отделении полиции, где на подчиненных Галактионова, по его словам, оказывали психологическое давление. Затем их доставили в изолятор Николаева и вручили подозрение в совершении преступления.

Суд по избранию меры пресечения проходил онлайн, поскольку перед тем "скорая" доставила Галактионова в военный госпиталь. Военный рассказывает, что у него было два эпилептических приступа, поскольку у него три контузии и закрытая черепно-мозговая травма еще с 2014 года. Судья Светлана Скрипник назначала Галактионову и трем его подчиненным меру пресечения– два месяца под стражей.

"В этом деле все ведут себя очень странно: прокурор, судья, полиция. Вообще-то военным делом должны заниматься Госбюро расследований и военная прокуратура. Но почему-то полковник ВКР не оформил наш выезд официально – и поэтому наше дело рассматривают как гражданское”,– говорит Галактионов.

Против задержанного диверсанта должны были возбудить дело по ст. 111 Уголовного кодекса (государственная измена). Но поскольку он скончался, открыть дело не успели.